Уголок грамотея

И снова о числительных

Подготовила Ольга Николаева
В последнее время в современной речевой культуре числа не только передают смысл — выполняют свои прямые смысловые функции, но и часто становятся частью названий, в которых не несут никакой смысловой нагрузки, и тут возникают сложности и разночтения.

В русском языке больше, чем в любых других языках мира, используются порядковые числительные. Русский человек, получивший в подарок две штуки одинаковых часов совершенно справедливо сообщит: «Мне подарили двое часов». Двое, трое, четверо, пятеро ножей, ножниц, саней, рукавиц, сапог и брюк — это правильно.

Но, как справедливо отмечает лингвист, доктор филологических наук Максим Кронгауз, в современном языке появляется отдельный раздел числительных, ставших составом названий и поменявших свою форму произношения и назначение: галерея А-3, Клуб Б2, «Кабаре-03», авиакомпания S7, «Радио-7», «Одиночество-12» и т.п.

Важно отметить, что в русском языке существовала такая синтаксическая конструкция, но с ее помощью назывались, пожалуй, только три определенные вещи: 1) механизм и номенклатура (танк Т-34, самолет Ту-134); 2) событие или место и год (Олимпиада-80, роман В. Войновича «Москва 2042»); 3) населенный пункт и номер (Армавир-9, Шереметьево-2).

Сегодня такую конструкцию можно встретить где угодно: от наименования коктейля до названия крупной промышленной компании. Названия популярных фильмов составили некую критическую массу, после которой стало позволено все.

Лингвисты объясняют такие явления семантическим опустошением числа, когда первоначальное значение постепенно утрачивается, либо изначально неизвестно адресату текста. В предельном случае оно и не предполагается, число выступает в роли иероглифа и используется только ради его звучания, но не значения. Во всех таких случаях произношение числа соотносится с тем смысловым контекстом, в котором оно стоит.